Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

dreams

Асьенда Святого Михаила

У этого имения в дебрях полуострова Юкатан в Мексике интересная история. Здания на фотографиях построены были в 1910 году по заказу местного предпринимателя. То, что не жалели средств, чувствуется до сих пор, несмотря на легкое запустение: щедрая планировка с арками, теннистыми переходами и террасами, высокие потолки, деревянная отделка, обилие старинных фонарей и даже своя часовня. Однако и до 1910 года тут была колониальная усадьба, основанная еще в середине 16-го века испанской семьей. Ее сожгли, а жителей убили во время майянского восстания, переросшего в длинную и кровавую гражданскую войну (так называемая Юкатанскую войну каст), в которую перерезали 30-40 тысяч человек. Любопытно, что среди идеологов и вдохновителей это войны была индейско-христианская секта, которая утверждала, что католические кресты, – то есть те самые кресты, которые навязали индейцам европейские колонизаторы вместе с христианством и рабским трудом по постройке церквей, миссий и религиозных школ, – эти кресты в какой-то индейской деревушке заговорили, призывая индейцев вернуть себе права и земли. Это, в общем, показательная история о том, что наши боги – это наше же отражение. Так христианский б-г превратился в индейского шамана, вдохновляющего воинов перед битвой.

Сейчас в асьенде недорогая гостиница с бассеином, тропинками по джунглям и прилегающей фермой. Мы провели там несколько дней.



Collapse )
me shaded

Храмы Дамбуллы

Из всех мест, связанных с культурой Шри-Ланки, мне по-настоящему понравилось одно-единственное: пещерные храмы Дамбуллы. Это пещеры, в которых сидят, стоят и лежат десятки огромных образов Будды, высеченных из камня, а неровные природные стены и потолки покрыты красочными росписями с буддистскими сюжетами. Трудно сказать, какой у этих храмов возраст: все началось более двух тысяч лет тому, и храмы до сих действуют, но росписи регулярно обновляют. Это не реставрация в нашем понимании этого слова – монахи уважительно перерисовывают старое, но рядом могут добавить и новое, изменяя понемногу это наскальное полотно согласно своему вкусу и веяниям времени.

В эти пещеры нужно подниматься по крутым ступеням, пока не дойдешь до чудесного вида и белых стен и входов, пристроеных к натуральным гротам. Но главное – внутри, в пещерных залах, где нет почти никого и ничего, кроме бесчисленных ликов Будды медитирующего, Будды спящего, Будды стоящего и показывающего ладонью «ничего не бойся». Там нет ни кондиционеров, ни стульев, но, войдя, не хочется уже выходить. Это одно из тех редких мест, попадая в которые, немедленно хочется стать не только адептом культуры и религии, которую они представляют, но и хочется остаться этим местам служить. Обновлять краску на тясячах демонов, соблазняющих непоколебимого Будду. Подметать каменные полы для босых ног редких паломников. Сидеть меж огромных и безмолвных фигур и набираться нечеловеческого, каменного спокойствия.



Collapse )
Cat

Ацтеки: культура войны

Ацтеков нередко представляют почти как диких зверей: постоянно воевали, приносили в жертву десятки тысяч человек за раз, снимали кожу, вырывали сердца. Вместе с тем, это, конечно, была сложная и по-своему развитая цивилизация, в которой многое было устроено даже более логично, чем, например, в Европе Средних веков. Просто, в отличие от европейской культуры, среди моральных ценностей ацтеков никогда не было «не убий», а было как раз обратное.

Так, к примеру, у ацтеков были школы, и любой мальчик пятнадцати лет, независимо от происхождения, обязательно учился. Школы аристократии отличались от простых школ, но во всех обучали основам истории и религии, дисциплине и ацтекским законам, а также военному ремеслу. Считается, что самые талантливые и усердные дети бедняков могли попасть в аристократическую школу.

Военное дело было одним из самых важных в ацтекской культуре. И мальчиков, и девочек с раннего возраста воспитывали, как будущих воинов. Мальчиков ожидали успехи в борьбе с врагами; главной битвой девочек были роды и воспитание детей. Матери даже закапывали пуповину сыновей на поле боя. Как в Древней Греции, мальчикам с детства внушался образ героев – всеобщими кумирами были ацтекские рыцари. Ацтекские военные ордены, напоминающие о рыцарских орденах старой Англии, имели свой строгий устав, свои обязанности в битве, и каждый орден всерьез заботился о своей репутации. Самыми престижными, «элитными» военными сообществами были ордены ягуара и орла (ягуар – обличье бога ночи, а орел – бога солнца). В них могли вступить лишь образованные, закончившие аристократическую школу и достигшие больших военных успехов мужчины, хотя изредка делались исключения, и в орден приглашали проявившего особую военную доблесть простолюдина.

Collapse )


Mexico city, Mexico
Cat

El Santuario de Chimayo

В городке Чимайо находится одна из самых красивых церквушек, что мы видели в штате Нью-Мексико. Она была построена в начале XIX века, позже рядом достроили еще несколько помещений и храмов. Строительство и реставрация идут и по сей день - не портя, впрочем, вида. Каждый год сюда приезжает около трехсот тысяч паломников. По моим ощущениям, значительную часть из них составляют индейцы США и иммигранты из Латинской Америки. Как у настоящего храма, у Чимайо есть свой список чудесных исцелений, своя святая земля, которую верующие аккуратно и немного стыдливо набирают в пакетики, и свой девяностолетний настоятель, приехавший из Европы в незапамятные времена, чтобы посвятить себя восстановлению церкви и связанного с ней индейского искусства.

Туристов в этом месте мы не видели, хотя сами не могли уйти, не могли оторваться. Тот самый колорит, присущий христианству индейцев американского Запада, тут повсюду: и в традиционной пряничной архитектуре, и в портретах вождей с нимбами и перьями вокруг голов, и в красных сердечках на крестах часовен, и в наивных, почти лубочных изображениях европейских святых, и даже в сотнях пар детской обуви, подаренной тем же улыбающимся святым в благодарность за каждого рожденного ребенка.



Collapse )
blond

Письма Таргелии*

Мужчина безусловно любим, пока он открывает женщине мир – не важно, чем и как: возможностями, деньгами, физической любовью и чувственностью, совместными детьми, неким сакральным знанием или ежедневным мастерством. Без этих открытий из мужчины не получается бога. А не-богу разве будешь радостно прощать все оплошности совместной жизни.
______________________
Таргелии Ионийской
Cat

(no subject)

В первый же день в Мехико мы с нетерпением побежали смотреть на остатки главного храма ацтеков. Это храм-матрешка, расположенный бок о бок с главным католическим собором и самой большой площадью города. Он все время тонул (город построен на отмелях посреди озера), становясь ниже; империя ацтеков тем временем росла и «требовала» истовых религиозных практик и усилий. Оттого каждый новый император строил еще одну пирамиду вокруг старой. Получилось, кажется, семь вложенных одна в другую построек-слоев с толстыми каменными стенами, яркими фресками и богатыми украшениями - скульптуры и барельефы кровожадных богов с головами животных и человеческими костями в руках все еще выглядывают тут и там. Каждый слой по традиции щедро поливали человеческой кровью: по случаю открытия одного из них принесли в жертву двадцать тысяч военнопленных. Испанские конкистадоры писали, что в храм невозможно было зайти из-за смрада – по углам и каморкам лежали горками сердца и кости, стояли лужи крови, а верховный жрец донашивал, пока не истлеет, кожу, снятую живьем с тех, кого приговорили «быть богами».

Конкистадоры частично разрушили храм, снеся верхушки нескольких внешних пирамид. Храмовым камнем выложили новую главную площадь, Zocalo. И снова начали добавляться слои, уже совсем иные – колониальной архитектуры, - погребая сохранившиеся основания пирамид. Постепенно все забыли, где именно он находился, и в начале двадцатого века прямо через пирамиды, снова частично разрушив (и даже не заметив), проложили канализацию. Во второй половине двадцатого века храм откопали – раскопанное, будучи всего лишь останками, выглядит и по сей день внушительно.

В музее при храме огромная инсталляция из каменных черепов. Принося жертвы, ацтеки сначала выкладывали пирамиды из костей и сердец, а позже увековечивали количество убитых в камне, делая стены, в которых каждый кирпич был вытесан в форме черепа или сердца. Я пытаюсь сфотографировать эту зловещую конструкцию, но настроение передать никак не удается. Каждые полминуты к стенке подходит новый ребенок с круглым мексиканским лицом и непосредственно улыбается от уха до уха, пока родители фотографируют его с радостным улюлюканием на фоне черепов. Середина марта, неожиданно вспоминаю я местный календарь той эпохи, который просматривала накануне: «продоложается время приношений детей в жертву богу войны».




Collapse )
Cat

Город, где люди становятся богами*

Индейский город Теотиуакан поражает масштабом, просчитанностью и продуманностью форм, праздником геометрии, растянувшимся на несколько километров в горной долине. Подъезжать приходится на окруженную деревьями парковку, сквозь поток машин и автобусов, потом нужно идти через лавки сувенирщиков с разноцветными козырьками, и ничего не видно, кроме каменной верхушки одной из построек сквозь кроны. И вот после всего этого ты вдруг, с разницей всего в несколько шагов, оказываешься на широком ровном проспекте длиною больше, чем в километр, и вокруг видно лишь удивительно правильные очертания огромных пирамид, а за ними – такие же по форме очертания вулканов. Несмотря на время постройки (две тысяч лет тому), все это выглядит очень современно – как грандиозный футуристический город, спланированный модным архитектором, или как абстрактная в своей идеальности модель, в которой не найти ни кривой линии, ни выбивающегося из общих правил угла, ни фигуры, нарушающей законы симметрии или подобия.
___________________________________
* один из вариантов перевода ацтекского названия города (Teōtīhuacān)



Collapse )
blond

Mesoamerica

Музей антропологии в Мехико помогает осознать объем того наследия, которое осталось от индейских культур Мексики. Мы как-то привыкли слышать про майя и ацтеков, но не привыкли думать о сотнях других народов, населявших эту территорию до прихода Колумба. Несмотря на некоторое сходство, у каждой этнической группы был не только свой язык, но и свой неповтормый стиль росписи, скульптуры, архитектуры, гончарного искусства... Но удивительно даже не это – удивительно то, насколько много из этого сохранилось, несмотря на вандализм, грабежи, постоянные войны и просто испытание временем длиною в несколько сотен, а то и в несколько тысяч лет.

Один из самых больших залов музея посвящен все же ацтекам – все-таки именно их столицей был когда-то Мехико, называвшийся в то время Теночтитланом. Их боги зловещи; искусство грубовато и мрачно. Как и почти все в этой военной империи, оно, похоже, служило одной цели – запугать подданых и соседние народы; удержаться на пике власти ценой обильной чужой крови и чужого ужаса. Это, конечно, не то страшное тоталитарное государство-мясорубка, какое можно представить в наше время в качестве антиутопии. Это намного хуже, ведь в отличие от нас ацтеки действительно верили в то, что жестокости требуют их боги.

С этими невеселыми богами у меня связано свое колоритное воспоминание. Я долго крутилась между стеллами и статуями с нечеловеческим оскалом, ожерельями из вырванных сердец, накидками из кож, снятых с пленников заживо, и поясами из их черепов. Не меньше фигур меня занимали надписи - экскурсы в ацтекскую мифологию. В этой мифологии даже сотворение мира начинается с полной темноты и множества неприятностей.

И вот посреди очередной жутковатой легенды свет во всем зале погас, строчки начали разбегаться, а здоровенные каменные фигуры богов вокруг закачались, строя недобрые гримасы. Я так и не успела понять, что происходит – супруг уже возбужденно тащил меня на улицу, очень крепко держа за руку. Оказалось, что до нас дошло несколько толчков землетрясения с севера. Двумя днями позже нас еще несколько раз выгоняли большим удивленным стадом из шикарного старинного здания Дворца Инквизиции в центре города – там проходила моя конференция, - и мы все с ироничной опаской ждали, глядя на колонны, будет толчок еще сильнее или уже нет.
me shaded

Миссия Святой Варвары

Легенда про святую мученицу Варвару кажется мне удивительной смесью античной трагедии с целым рядом христианских и языческих суеверий. Корни сказания прослеживаются к третьему веку, в котором героиня будто бы и родилась в городе Илиополе в Малой Азии (что нынче - Турция). Отец ее, как и большинcтво аристократии того времени, был язычником и, вдобавок, домашним тираном - он не выпускал красавицу-дочь из башни. Однако девушка, даже будучи взаперти, времени даром не теряла - думала, читала, разглядывала мир через узкие окна и решила в конце-концов обратиться в ненавистное отцу христианство. Когда отец снял домашний арест, чтобы начать знакомить Варвару с потенциальным женихами, она первым делом отправилась принимать крещение. Дальше последовало несколько раундов семейных скандалов - если чем-то дочь и походила на родителя, то упорством. После категорически отвергнутого жениха (навязываемого отцом), трех окон, вставленных Варварой в банной зале в отсутвие отца, вместо двух (как символ Святой Троицы), страстных споров о вере и прочих непримиримых семейных противоречий, дело дошло до бытовой поножовщины. Тут-то и началось самое интересное.

Надо сказать, что поздние христианские легенды обычно ограничиваются одним чудом, но в этой древней истории чудеса сыпались одно за другим, как из лукошка. Сначала, когда отец замахнулся на Варвару, стена башни рассыпалась, и Варвара перенеслась в живописное горное ущелье в окрестностях города, где два пастуха присматривали за скотом. Отец, тем не менее, не растерялся (гвозди бы делать из этих людей), и тут же начал поиски исчезнувшей дочери. Варвару выдал один из пастухов, и сразу же произошло второе чудо - сам он превратился в камень, а стадо его обратилось в саранчу. Теперь упрямой девушкой занялся уже сам префект и, пытаясь вынудить ее отречься от христианства, приговорил Варвару к пыткам. Однако жуткие раны от пыток мгновенно заживали, а тюрьма, где оставляли девушку на ночь, дивным образом светилась на весь город. Тогда префект решил, что пора рубить Варваре голову. Ужасный приговор исполнил сам отец. После страшной казни его, в лучших языческих традициях, сожгло ударом молнии, а на месте, где похоронили Варвару, продолжали случаться чудеса.

Именно этой легенде обязан названием один из самых богатых городов США - идиллическая Санта-Барбара с прекрасными видами, солнечной погодой, голубым морем и астрономическими ценами на жилье. История города началась - по крайней мере, для европейцев, - с францисканской миссии, построенной в восемнадцатом веке и названной в честь Святой Варвары. В то время в этих краях жили только индейцы - именно их и собирались обращать в католическую веру. Сейчас это единственная миссия, которая с момента основания и до сих пор является действующим монастырем мужского францисканского ордена.

Фотографии - из миссии Святой Варвары в Санта-Барбаре.



Collapse )
Cat

(no subject)

Поверхность острова Бонайре засушливая, и под ноги, кроме фламинго, постоянно попадаются две формы живого - настолько похожие, что невольно начинаешь считать их родственными. Упаси боги, однако, вас об этом не вовремя задуматься - как не упасли меня - и на одну из них наступить: на зеленый занозистый кактус или на злую зеленую игуану.



Collapse )
Bonaire, Netherlandes Antilles