?

Log in

No account? Create an account
almondd
12 October 2019 @ 12:11 pm
- страны-регионы: Штаты (особенно много про Аппалачи, Луизиану, Флориду, Калифорнию, Аляску, Юту, Новую Англию, Йеллоустон, Нью-Мексико, Гавайи), Канада, Украина (отдельно про Киев и Чернобыль), Турция (отдельно о Стамбуле), Индонезия, Латиноамерика (Бразилия, Гватемала, Никарагуа, Эквадор, Мексика), Австралия, Вьетнам, Скандинавия, КарибыЯмайка), Италия, Испания, Англия, Франция, Россия, Польша, Балтика, Израиль, Германия, Греция и Древняя Греция, некогда-Югославия, Сингапур, Индия, Шри-Ланка, Япония, Китай, Африка, Полинезия;

- рассказы и забавные истории из наших путешествий.

Все тексты и фотографии в журнале мои. Если что-то Вы хотите использовать не в коммерческих целях, не забудьте указать авторство и дать ссылку на первоначальный текст. Коммерческое использование обсуждается отдельно. Фотографии живой природы на "фликре" и
аки коммерческое фотопортфолио. А также правила комментирования, в которых справедливости нет.

If you do not read Russian... you might just want to look at some of our travel and nature pictures here.
 
 
almondd
"Снежные обезьяны" - японские длиношерстные макаки, греющиеся в горячих источниках - стали чем-то вроде туристической открытки для префектуры Нагано острова Хонсю. Удивительная страна Япония, где даже в развитой, густо заселенной провинции природа не испорченна человеком.

На самом деле, все, конечно, не так романтично. Обезьяны живут летом высоко в горах, а зимой, с наступлением морозов, они раньше спускались вниз в леса, и там грелись и питались. Теперь префектура Нагано достаточно плотно застроена за исключением высокогорных районов: города, фабрики, фермы. Спускаться обезьянам некуда. Один из фермеров заметил, что обезьяны зимой интересуются горячей водой - источников в Нагано много - и построил им что-то вроде бетонных ванн, красиво прикрыв их камнями. Сейчас обезьяны регулярно собираются туда не только купаться, но еще и есть, потому что в парке их обильно кормят, причем не обычной для них едой: например, питательными соевыми бобами или яблоками, которые им нравятся. Туристов вокруг бетонных ванн много, и они очень близко - в нескольких метрах от обезьян.

Понятно, что все это вызывает вопросы. Кормить диких обезьян; кормить человеческой едой; кормить их не только зимой, а круглый год; стараться привлечь их на несколько метров от толп туристов; да и сделанные человеком ванны - насколько все это оставляет дикую природу дикой, и сколько приносит вреда обезьянам, а сколько пользы? Ответ не очевиден. Возможно, что если обезьян не кормить и не создавать им приятные условия в этом месте, они будут грабить близлежащие фермы - ибо больше зимой деваться им уже некуда - и будет это еще хуже. Речь о том, чтобы вернуть им кусочек естественной среды обитания, просто не идет - в современной Японии для этого слишком высокая плотность населения, и, как мы много раз замечали, слишком потребительское пока отношение к природе.

Snow monkey

Snow monkey w
Nagano, Honshu, Japan
 
 
 
almondd
11 August 2019 @ 07:34 pm
Добавляю фотографии к текстам - здесь. Это все же было удивительно.
 
 
almondd
29 July 2019 @ 11:40 pm
Я нарочно стараюсь не писать про кино, и вообще не уходить далеко в некую вторичность от культуры: отчеты, отзывы, рецензии. Но сейчас я кратко болею, и мало что остается, кроме той самой вторичности. Поэтому: за последнее время попалось два малобюджетных фильма жанра научная фантастика, которые захотелось досмотреть до конца. Ни один из этих фильмов не получит "Оскар", ибо они в неком смысле слишком близки к литературе: это как-будто рассказы фантастов из шестидесятых, камерные, обрисованные лишь штрихами, без спец. эффектов и катартической концовки, но, вместе с тем, дарующие прилежному читателю или зрителю сильное ощущение причастия - ты сам, словно во сне, на короткое время становишься героем - и дарующие достаточно вопросов.

Io
I am mother


Оба фильма также порадовали меня тем, что это кино про самостоятельных, образованных женщин в их пусть и странной, но по-своему реалистичной ежедневности, с минимумом сексуализации героинь и скрытой мизогинии (а когда я в сотый раз на экране вижу логичного и рационального героя и абсолютно не логичную, эмоциональную героиню рядом с ним, я понимаю, что это мизогиния). Девушка из Ио - вообще совершенно жизненный (и, конечно, совершенно мой) персонаж того рода, которых почти не бывает в масс-культуре в целом: they are just not exciting enough for an average viewer.
Tags:
 
 
 
almondd
27 July 2019 @ 05:04 pm
Я, кажется, впервые вижу наш двор в Нью-Джерси в середине лета. Буйная тенистая зелень (большой клен с ажурной листвой, крупно цветущая магнолия, разлапистый тис с нежной хвоей), волшебство светлячков, поднимающихся из трав в сумерках, и постоянно плодоносящая земляника, победившая газон перед домом. Осенью засадим просветы к соседям, и можно будет по желанию забывать, что где-то рядом есть города.
 
 
 
almondd
22 July 2019 @ 02:03 am
Всегда мечтала весь дом покрасить в белый цвет внутри. Потом зашла на страничку производителей экологически чистой краски. А там в отделе "белое" ни один цвет не выглядит, как белый. И названия цветов: "серое небо" (как будто мало бывает на восточном побережье серого неба снаружи); "тесто для пирога" (а ведь насколько это может быть не аппетитный цвет до выпечки), и так далее. Вздохнула, посмотрела в окно - у нас летом очень зелено - и выписала номер ярко-салатовой краски. Пока муж ехал за ней в магазин, передумала, позвонила мужу, но он уже все купил.

Пришли маляры, посмотрели на наши скромные небольшие спальни, которые надо красить. Сказали, что все очень просто, поэтому они покрасят все за два часа и зарплату профессора математики. Муж ответил, что за зарплату профессора покрасит все сам. Я, решив помочь семейной экономии, предложила красить лишь по одной самой страшной стене в каждой комнате. Семейный совет проголосовал "за", хотя не без разногласий: Соня хотела красить в розовый, а не в салатовый.

Муж подошел к покраске стен научно: посмотрел видео о том, как; составил список необходимого; еще раз съездил в специальный магазин. Целый день готовился, заклеивал соседние стены, рамы дверей и окон. В ответ на мое "Надо же, как долго..." говорил, что халтуры наспех не делает. Наконец ночью приготовился красить. Соня по такому случаю передумала спать: не каждый день дома случается такой аттракцион. Я, оценив обстановку, взволнованно предложила заклеить еще карниз на во-о-он той стене, а заодно и все остальное в радиусе десяти метров. "Да ладно, брызг не будет," - деловито возразил муж, раздеваясь. В ответ на мой вопросительный взгляд пояснил, что раздевается на всякий случай.

Дальше все было точно, как у Тома Сойера с забором. Я быстро отодвинула мужа и стала красить сама. Все-таки я в детстве ходила в художественную школу, а не муж. Красить стену - точно как грунтовать холст, только большой, а оттого удовольствия получаешь тоже больше. Соня минут пять смотрела и терпела, потом разрыдалась, потому что ей тоже хотелось. В целом и на кисточку, и на валик была постоянная очередь, но мне, как главе семейства, досталось больше всех.

После покраски выяснилось, что цвет прекрасный, но прошлая серая краска в одной из комнат кое-где просвечивает сквозь зеленый, причем почему-то розовым, на радость Соне. Выяснилось также, что как стену шпаклевать, муж изучил не очень хорошо, и в другой комнтате стена местами выглядит, как морское дно, с ямками и горками. Вместе с тем, красиво получилось все равно, особенно если учесть, что в одной комнате все стены серые, а одна салатовая, а во второй все стены желтые, а одна салатовая. Завтра будем проводить работу над ошибками, после чего у нас будет самое оригинальное дизайнерское решение на всей улице, а то и во всем городе. Так как осталось две трети галлона краски, думаем теперь, какую еще комнату осалатить.
 
 
 
almondd
21 July 2019 @ 01:16 am
Для пап, мам и любителей динозавров: в Американском музее естественной истории в Нью-Йорке пару лет назад поставили сумасшедших размеров скелет титанозавтра (фото здесь). Он занимает половину этажа огромного здания, растягиваясь на 40 метров и упираясь зубастой башкой в лифт. Ничего близкого по размерам я в своей жизни не видела - а ведь муж регулярно таскает меня в музеи естественной истории по всему миру смотреть на кости бедных зверушек. Скелет этот - копия настоящего, который нашли и хранят в Аргентине. Оказывается, динозавр все еще рос перед смертью, то есть это даже не максимальный размер.

Этому музею в Нью-Йорке не хватает компьютерной анимации, как в музее в Мельбурне. Там рядом с костями что-то вроде биноклей, смотришь в них - и кости вдруг покрываются плотью и кожей, сходят живыми доисторическими чудовищами с пьедесталов и начинают разгуливать с тобой рядом по залам. Соня совершенно влюблена в мельбурнский музей естественной истории и готова в Австралию ездить только ради него. А еще не хватает вечерних часов работы по выходным, чтобы хоть как-то рассеять толпы посетителей.
 
 
almondd
21 July 2019 @ 12:11 am
Меня завораживают ударные инструменты, у которых как бы есть строй, особенно если строй не так просто почувствовать. Здесь красивый персидский томбак 19-го века, а здесь - как можно на нем играть мелодию. Инструмент очень древний, но звучит он для меня современно - или вневременно?

(В музее Метрополитен, пока нас не было, сделали новую постоянную выставку музыкальных инструментов. Красиво и непонятно, ибо собраны они из разных стран и эпох, но понимание приходит, когда начинаешь слушать.)

И еще про удивительные инструменты, которых, кстати, в Метрополитене нет.
(1) Давно, где-то под Москвой, мы попали на фестиваль звонарей, и там было било и передвижная звонница с колоколами. Музыка вживую была удивительная, заставляющая все внутри вибрировать. С тех пор мечтаю попасть на такой фестиваль еще раз.
(2) Тоже давно на джазовый фестиваль в Киеве Аркадий Шиклопер привез альпийский рог. В длину он был несколько метров, лежал на сцене. Шиклопера играющего на валторне я могу слушать часами. Но альпийский рог звучит еще глубже, что ли - это было необычное, до костей пробирающее акустическое удовольствие, некое такое личное звуковое открытие: будто до этого я видела пять цветов, и тут узнала про шестой. С тех пор тоже мечтаю о повторении. 
 
 
 
almondd
14 July 2019 @ 01:01 am
Нью-Йорк и его отдельные благополучные окраины как-то понемногу "окалифорниваются" в моем понимании. За два года, что нас не было, по всему Манхэттену появились велосипеды, которые можно брать от стоянки до стоянки (на них, однако, сильно не хватает багажников для детей). Наши соседи по улице (мы живем в зеленом пригороде Нью-Йорка) почти во всех домах сменились с пожилых очень религиозных евреев на молодых профессионалов с детьми - вполне возможно, что тоже религиозных и тоже евреев, но уже без кип. В магазине рядом с домом вместо 20% органической и местной продукции теперь таковой 90%. По утрам мимо нашего дома бегают и гуляют с собаками - раньше только ездили на машинах. По улице гоняют мальчишки на велосипедах (без взрослых) и иногда гуляют мелкие детки (со взрослыми) - раньше детей на улице было не найти днем с огнем. Вместо необъятных газонов вокруг домов, которыми никто не пользовался, соседи начали по одному огораживать задние дворы, чтобы растить там какие-то помидоры, степные травы, кусты и прочее, что, конечно, лучше для экологии (без забора это было невозможно, так как во-первых олени все съедают, а во-вторых приходит городской инспектор, смотрит и требует коротко подстриженный газон). Возможно, мы даже увидим когда-нибудь, как тут появятся солнечные батареи на домах и велосипедные дорожки на улицах, да и вообще хочется верить, что дальше будет только лучше.

Вместе с тем, сегодня мы ездили на общественном транспорте в Нью-Йорк: какой же откровенный позор все это. Грязно, душно, поездов не хватает, они опаздывают, едут медленно, линиии между собой плохо соединяются, даже если ехать нужно на короткое расстояние. Часть станций метро закрыта без предупреждения, а работающие станции организованы так, что на них постоянный хаос. На украинском общественном транпорте (киевском) ездить в десять раз приятнее - а ведь Украина, по сравнению с США, страна с намного бОльшими экономическими сложностями; страна, не так давно пережившая советскую нищету и застой; страна, в которой идет война, и президент несколько лет тому сбежал со всей казной. А с большими городами Японии нью-йоркский общественный транспорт сравнить вообще нельзя: это просто другой век и другая эра.

И еще чуть-чуть про США: у меня по-прежнему болит все на тему политики Трампа по отношению к нелегальным иммигрантам. Куда идти на митинг в Нью-Йорке против этого безобразия? Мало того, что просто по-человечески сил нет наблюдать сволочное отношение на границе США к людям (и тем более - к детям), которым и так повезло меньше, чем нам, так еще и с экономической точки зрения это глупость. Я много раз слышала все аргументы поддержки этой жестокости, и ни один не логичен. Преступность уменьшается с увеличением количества нелегальных иммигрантов по всем данным и исследованиям. Здоровье население улучшается благодаря генетическому разнообразию и зачастую более здоровым, чем американские, привычкам, кухням, деталям быта, которые становятся знакомы и доступны всем. Неквалифицированной рабочей силы в США откровенно не хватает. Например, наш дом сейчас надо чинить по мелочи, и людей, готовых делать эту работу найти почти невозможно - они нарасхват. Обычно это как раз иммигранты. Япония, к примеру, выдает визы для занятий неквалифицированным трудом: приезжаешь, работаешь на компанию несколько месяцев (или дольше, если ты хороший работник), строишь-моешь, получаешь нормальную, хотя и не заоблачную зарплату, платишь с нее Японии налоги, а то, что остается, при желании посылаешь маме на Филиппины. В результате в Японии ни разваливающихся домов, ни грязных станций поездов нет, и проблемы нелегальной иммиграции тоже нет. А мы в США финансируем своими налогами концентрационные лагеря на границе, на станции поезда заходим, зажимая нос от грязи и запаха, а когда нужно, например, покрасить стену, то оказывается, что почасовая зарплата того, кто красит, выше, чем у профессора в университете, ибо спрос превышает предложение. 
 
 
almondd
10 July 2019 @ 11:27 am
Приехали в Америку (два года я не была на восточном побережье), делаем дела, в перерывах я развожу азалии и любуюсь оленятами. Оленята еще мелкие, с пятнышками, и по полдня проводят у нас во дворе со своей мамой. После окинавского лета лето нью-джерсийское кажется прохладным, свежим и очень зеленым.

Соня пошла в новую школу-садик и моментально втянулась: по утрам не может дождаться, когда же, наконец, садик начнется. Сколько в Японии ни живи, а ребенок остается намного больше западным, чем восточным маленьким человеком.
 
 
 
almondd
28 June 2019 @ 12:04 am
Страна Япония -

под сердцем моим лежащая, с детства любимая, которую я искала

у двух Рюноске (нашла), у двух Мураками (нет и нет), у Рампо (да), у Абэ (нет), у Мисимы и Исигуры (нет и нет), у Есимото (трижды да для нее одной);

в замках под сакурой и храмах под листвой, в те особые ночи в году, когда, например, в Киото многотысячная, исключительно японская (кроме меня) аккуратная до безобразия очередь стоит под воротами, которым много сотен лет, и ждет своей возможности по-японски насладиться ускользающей красотой;

на тренировках карате в деревянном зале-додзё без кондиционера, где после полутора часов весь превращаешься в физическое счастье, усталось и пот;

на иногда слишком флегматичных, а иногда завораживающих чувственностью концертах кото;

в старовозрастных лесах, приютивших синтоистские храмы и кладбища;

в сложностях японской речи и гауссовой кривизне японского письма;

в небоскребах Токио и бетонном море Осаки, и контрастирующих с ними вулканах Кюсю и тропических островах Рюкю;

в бесчисленных произведениях японской кухни;

в приятельстве и дружбе, а заодно и работе, в которой я чувствовала себя иногда невольно средневековым даймё согласно количеству ответственности и либо неприличному рвению, либо твердолобому упорству тех, с кем приходилось иметь дело;

в узорах тканей и многослойных упаковках, своей изысканностью сравнимых с произведениями искусства;

в любви;

даже в поездах, у которых нос длинее хвоста, но если ты в брюхе и заинтересован в ширине больше, чем в длине, то приходится отметить, что не помещаются даже локти;

- вся эта Япония не стала мне домом.

А может, Япония всегда была мне немного домом, из которого надо уехать, чтобы ощутить себя свободным от того, что привито, врощено с детства. Японское общество, где вежливостью и воспитанностью диктуется необходимость согласовывать свои действия с толпой. Чем ощутимее эта необходимость, тем острее я чувствую свой собственный голос, и он на голос толпы не похож. Японские мужчины, все еще открывающие рты - хотя я уже не девочка из аниме - но никогда не говорящие достаточно прямо о своем увлечении (и ты, Наито, в бессмысленном, но пестром прошлом). Японские женщины, эстетика которых - эстетика кошки, завернутой в одеяло. Желание быть маленькой и милой, и положиться без остатка на того, кто испортит твою жизнь вместо тебя самой.  Японская литература, в которой самый одинокий и необычный герой всегда - автор. У меня все меньше желания быть этим героем, черпать спирали литературных перипетий из собственных извилин - души ли, мозга. Вместо этого я хочу туда, где Нобелевский лауреат по литературе - всего лишь (но всего ли лишь?) сочинитель выпуклых, застревающих в памяти баллад, и есть подтекст, но он один и ясен.
 
 
 
almondd
16 June 2019 @ 11:32 pm
Пропастью между твоим сумашествием и моим внутренним святилищем логики и порядка можно мерять Большой каньон. Эта простая мысль отвлекает меня от того, от чего иначе мне не отвлечься, и возвращает в выветренные, выеденные своей древностью пустыни Невады, Аризоны, Юты. Место моей внутренней свободы. Свободы от мыслей, от ежедневности, отчасти даже от себя. Не на кромке - на кромке люди, тщеславие, фотоаппараты; не там, где чувствуешь себя на вершине мира, обозревая; а внизу, внутри, на бесконечно тянущемся дне, в дымке песка и марева. Там можно идти много дней и не встретить ни одного человека, а потому те, с кем ты ушел - и есть весь твой мир. Там я - песчинка, и, как песчинка, одновременно незначительна, заменима, но и - принадлежу пустыне. Все существование свое там я ощущаю, как крошечную часть целого, и целое это больше, чем моя жизнь, моя любовь и моя боль. И боль постепенно ссыхается комок; боль теряет влагу.
 
 
 
almondd
15 June 2019 @ 12:59 am
Немного про первые дни после аварии, со слов близких друзей и членов семьи: о том, что еще упустили на экране нового сериала "Чернобыль".

После просмотра остается впечатление, что работников во время и после аварии на станции было немного, все они оказались в больнице, а следующие географически ближайшие к взрыву люди, не считая пожарников - это те, кто смотрел на пожар с моста на въезде в Припять (и они якобы тоже все оказались в больнице). Про мост сейчас не буду - уже много написано о том, что это отчасти миф для туристов, которые едут в Чернобыльскую зону ("почувствуй себя сталкером"). Среди моих друзей, например, есть семья, рыбачившая в ту ночь в пруде-охладителе, хотя в сериале почему-то выбрали именно мост, как некую точку высшей опасности для жителей города - видимо, фотогенично. Ниже чуть-чуть про тех, кто был реально близко к реактору в те дни - персонал станции.

ЧАЭС - многотысячное предприятие, и работающих энергоблоков перед аварией было четыре, а так же достраивали пятый блок и начинали строить шестой. У меня нет точных цифр про размер персонала до аварии. Но тут видно, что даже после остановки всех блоков и "закрытия" ЧАЭС там все еще работало пять тысяч людей. После аварии, но до остановки станции цифры были выше (десять тысяч? больше?). И до аварии персонала было не меньше.

Непосредственно в момент аварии на станции находилось 176 работников и 286 строителей (ссылка). Это совсем мало по меркам этого предприятия: был выходной, еще и ночь. Многие из тех, кто был на станции, не сразу поняли, что вообще что-то случилось. Например, одна знакомая сидела в производственном помещении непосредственно на 4-м блоке, где произошла авария, очень близко к реактору, и пила чай с коллегой. Когда не только чашки, но и стулья подпрыгнули, они подумали, что это скачки парового давления, то есть часть нормальной активности, хотя в этот раз ощутимые довольно сильно. Посмеявшись, они никуда не поспешили, а дослужили свою смену и к утру поехали домой - не в больницу, а именно домой.

Сменило их на станции ночью и ранним утром еще больше работников: согласно традициям СССР, в случае ЧП людей полагалось не беречь, а наоборот, вызывать к месту происшествия. Весь оперативный персонал обязали явиться тем утром (это инженеры-специалисты, работавшие на блоках): это шесть смен, по 140 человек каждая, то есть больше 800 человек (тогда как в обычной ситуации, по расписанию, работает только одна смена). Плюс к этому велели явиться работникам канцелярии (надо было опечатать документы, чтобы позже изучать ход и причины ЧП), буфета, и прочих отделов не связанных напрямую с блоками.

Авария произошла пол-второго ночи, и приехали все эти люди на станцию в течение нескольких часов. Например, работников цеха дезактивации вызвали в два часа ночи, то есть сразу, как только кому-то стало ясно, что что-то произошло. При этом что именно должен делать цех дезактивации, никто толком не понимал, потому что произошедшее тоже не было понятно. Работники блоков и канцелярии приезжали на станцию в пять-семь часов утра. Многие рабочие места находились в нескольких сотнях метров от взорвавшегося реактора. Смена, которая должна была заниматься обеспечением 4-го блока (слова "взорвавшегося" и "разрушенного" еще были непроизносимы), как и отдельные физики и инженеры пытавшиеся по долгу службы выяснить, что именно случилось, получили самые большие дозы, и это грустная история. Но и кроме них на ЧАЭС в сутки после аварии было еще около тысячи или больше работников. Непонятно, было ли важным хоть что-то из того, что делали приехавшие, да и делать что-то могли далеко не все, потому что централизованного плана не было, и вообще царила легкая неразбериха. Реактор был разрушен, а разрушен он быть не мог - вся существующая документация и тренировка персонала убеждала, что такие реакторы не разрушаются. Для объявлений и решительных действий нужны были указания партийного руководства - выше, чем директор станции или главный инженер, - а оно ничего не указывало, а сидело вдалеке и боялось выдать кому-нибудь ненароком "секрет". В общем, людей держали и облучали зря, и держали дольше положенного даже в обычную смену времени. Первое объявление в советской прессе об аварии появилось спустя 36 часов после взрыва (ссылка), почти одновременно с началом эвакуации Припяти 27-го апреля, и часть персонала станции отпустили домой незадолго до этого.

О тех, кто приехал работать на станцию в то утро после аварии, мне запомнилось две истории.

Один друг, просидев бог знает сколько часов на соседнем блоке после аварии, собирался, наконец, домой. На станции персоналу, который работает на блоках, положено переодеваться перед работой и после - там есть так называемые "пропускники", то есть здания с раздевалками, шкафчиками, душами. Переодевались они во что-то вроде лабораторных белых халатов: в сериале показывают эту форму. И есть в пропускниках счетчики, которые меряют проходящим радиацию. Они выявляют только загрязнение бета-частицами: например, радиоактивная пыль на ботинках или на руках. По виду устройства эти похожи на металлоискатели в аэропортах. Через какое-то время после аварии к счетчикам еще добавили команды дозиметристов - что-то вроде наспех организованного дополнительного контроля. И вот друг после этой безумной смены проходя через устройство и дозиметристов слышит, естественно, сигнал. Снимает ботинки. Снова проходит. Сигнал. Снимает куртку, брюки, проходит. Сигнал. Наконец, раздевшись до трусов, отправляется дальше в душ, от своей неожиданной наготы и радости окончания затянувшейся смены бодро размахивая руками. И c удивлением видит, как навстречу и мимо него, голого, идут на его рабочее место многочисленные люди в противогазах и полных костюмах хим. защиты.

И про другого друга. Явку на работу на ЧАЭС обычно отмечали в табелях: сидела табельщица или табельщик, и что-то там подписывали или штамповали, выдавая работникам. Но в это утро людей было во много раз больше, чем обычно. Какие-то смены приехали по расписанию, какие-то по вызову, цели и причины все еще были туманны. Уходили все тоже в разное время, и кто-то попал в медпункт или был вызван еще куда-то раньше конца смены, а кто-то пробыл дольше, чем обычно. В результате было совершенно не до табелей: кому-то что-то отметили, а кому-то нет. Позже работникам тех первых суток выдали бумажки о том, что они - ликвидаторы последствий аварии. Значительно позже, когда масштабы и потенциальные последствия для здоровья уже всем были понятны, украинское правительство выделило повышенную пенсию тем, кто был на станции те первые сутки. Еще через несколько лет правительство объявило, что выданных тем самым правительством справок мало, и пенсию получать могут только те, у кого остался с первых суматошных дней радиоактивный раритет: отмеченный табель. У остальных прибавку к пенсии забрали, включая нашего друга. В результате по официальным данным "ликвидаторов последствий аварии" намного меньше, чем на самом деле. Может быть, на те самые скудные данные и ориентировались создатели сериала.
 
 
almondd
13 June 2019 @ 10:11 pm
На горе Кинабалу на острове Борнео удивительная флора. Например, там растет восемьсот видов орхидей и шестьсот видов папоротников. Пятьдесят из этих видов паротников не растет больше нигде, а некоторые орхидеи цветут раз во много лет (например, у одного вида двенадцатилетний цикл), и очень эффектно, и поэтому цветы их стоят тысячи долларов. Еще в мире есть всего 13 видов непентесов (это насекомоядные растения с кувшинчиками), и пять из них растут только на этой горе. Есть среди них совершенно удивительные: с огромными кувшинами, вмещающими литры воды (4 литра в одном кувшине!), кувшинчиками причудливой формы, ярко окрашенными кувшинчиками... И раффлезии, конечно - самые большие цветы в мире с удивительной биологией, цветы-паразиты, которые растут только в отдельных местах в Малазии, Индонезии, Тайланде и Филиппинах.

Вместе с тем, правительство Малазии почти задавило на горе Кинабалу международный туризм несколько лет назад, создав безумные по своей непрактичности правила. Свободно гулять там теперь можно только до высоты тысячи с небольшим метров, а дальше нужно идти в сложный поход до самой вершины на несколько дней, обязательно с гидом, причем для не-малазийцев - за безумные деньги. О том, что именно делает малазийское правительство с этими деньгами, догадаться сложно. Один из двух входов в парк с сетью тропинок был разрушен сколько-то лет назад стихийным бедствием, и до сих пор закрыт, вместе с дорожкой, ведущей к роще непентосов и прочим чудесам. Хотя может никаких денег и нет - кроме нас мы видели только персонал парка и группы малазийских туристов, зато многочисленные.

Надо пояснить, почему правило это совершенно неразумно: пока проходишь нижние две трети горы, поднимаясь на каждые сто-двести метров можно увидеть что-то новое, и гулять хочется там с чувством, толком и расстановкой. Вместе с тем, последняя треть - почти полностью голые скалы и снег, и это уже нешуточное по сложности восхождение. Если ты всходишь и спускаешься с горы за два-три дня с группой и гидом, как требует парк, то пробегаешь в быстром темпе мимо самого интересного, и долго мучаешься потом, медленно карабкаясь на сложную и скучную с точки зрения природного разнообразия часть, страдая от высотной болезни. Кто-то может сказать, что а как же виды: но наверху почти всегда туман, облака, и нередко еще и дождь со снегом. Несмотря на то, что мы с мужем высоту переносим легко, нам при таком раскладе, еще и с ребенком, совершенно непонятно, зачем лезть на вершину, рискуя здоровьем. Видимо, это такой малазийский Эверест.

Из-за этих неумных правил погуляли мы только по нижней трети горы, а не по двум третям, как хотели. Поэтому что-то интересное мы увидели на горе, что-то посмотрели в одном из многочисленных ботанических садов, мини-заповедников и питомников, а что-то не увидели вообще. И, хотя в целом мы чудесно провели время, осталось какое-то чувство незавершенности после этих дней, да и вообще от этого - первого для меня - путешествия в малазийскую часть острова Борнео.

Ниже - снимки из красивых влажных лесов на горе. Туман в этих лесах - часть пейзажа. На первой картинке видно, как дерево покрыто мхом. Видов мха на горе Кинабалу тоже великое множество, и многие из них мне хотелось фотографировать с пристрастием, как ювелирные изделия. В лесах на небольшой высоте можно даже посмотреть на самый крупный мох в мире, Dawsonia. На втором снимке - один из гигантских папортников. Именно таких папоротников было полным-полно в мезозойскую эру. Для меня они стали почти привычными: мы живем сейчас в доме в холмах на Окинаве, и почти от дома начинаются джунгли с древовидными папоротниками.

Kinabalu forest

ФотографияCollapse )
 
 
 
almondd
Посмотрела сериал "Чернобыль". Кому что режет глаз, а мне - близость сценария к советской версии событий. "Плохие" Брюханов, Фомин, Дятлов. "Хорошие" Легасов и Щербина. Сплошь "необходимые" действия по ликвидации последствий аварии. И "добровольцы" кругом. Если бы реальные имена не были использованы, это был бы отличный сериал: впечатляющая выдумка по мотивам реальных событий. Но с реальными именами сериал получился впечатляющей ложью. Учитывая, что участники событий и их дети еще живы, ложью бестактной.

В сериале как-то не объясняется, что халатность была modus operandi в целой большой стране СССР, была она повсеместна и вездесуща, и судить за нее всего троих граждан этой страны - это, в общем, просто поиск якобы виноватых. Не упоминается, как Фомин, например, пытался покончить с собой перед судом. Как Дятлов не мог ходить во время суда из-за повреждений, связанных с радиацией. Как у Брюханова вся жизнь почти до аварии была связана с этой станцией: молодым он вкалывал на стройке этой станции, жил очень просто, не мог вначале привести туда даже любимую семью. О том, что все наверху - выше, чем три эти человека - знали и о тестах, и о сроках, и о проблемах с конструкцией, да и вообще обо всем, и плевать на все это хотели. Интервью с реальным Брюхановым, например, здесь - это стоит почитать.

Мне же при размышлениях о случившемся из сегодняшнего дня удивительна не какая-то там абстрактная халатность и не то, что все это вообще произошло, а совсем другое: почему те, кто понял, что это нечто серьезное, не взяли рупор, не пошли на главную площадь, и не объявили всем на следующее утро в Припяти: уезжайте на всякий случай!* Масштабов сразу не понимал никто, но то, что что-то серьезное произошло, должны были понимать на следующее утро многие. И ни один из них этого не сделал. Но я знаю вместе с тем, что я мыслю, как западный (американский?) человек - мне можно и привычно прежде всего ценить человеческую жизнь и здоровье. А их всю жизнь учили, что им нельзя. Учили, что сохранять лицо, докладывать наверх, слушаться партийных начальников - самое важное. Что нет ничего выше любви к родине, а любовь учили проявлять именно в этой готовности думать о лице и иерархии в первую очередь, а о риске для себя или для других - во вторую. Учили Колымой, страхом и пропагандой. И научили. Вместе с тем, если почитать одну за другой сухие хронологии событий двух аварий, на атомных электростанциях Три-Майл-Айленд и в Чернобыле - просто перечень фактов и время произошедшего, без оценок и драматизации, - то становится еще больше очевидна эта разница менталитетов. Даже тогда, в семидесятые-восьмидесятые, руководство станции в США при малейшем эпизоде первым делом оповещало население, а на ЧАЭС - оповещало партию, и все.

Первыми двумя городами, где я побывала ребенком, были Припять и Снечкус - спутник игналинской АЭС. В этом городке снимали все сцены сеариала, связанные с Припятью. Первой моей работой была работа гида для работников телевидения в чернобыльской зоне. Вместе с тем, связанных с Чернобылем историй у меня все равно намного меньше, чем у старшего поколения. Некторые истории старшего поколения совершенно удивительны, и из них получился бы тоже интересный сериал, но я не знаю, можно ли перепечатывать их слова. Поэтому я расскажу про один лишь эпизод. Мы с американской коллегой-ученым обсуждали недавно покупку и продажу домов. Она продавала дом в штате Юта. Сделка почти состоялась, но потом приехали покупатели на повторный осмотр, с бабушкой и дедушкой. Бабушка и дедушка сказали, что в доме плохой фен-шуй, и после этого дом покупать не стали. Я в ответ вспомнила, как, когда я была маленькой, уже после аварии, семья наша выбирала летний дом в деревне. После предварительных смотрин, все тоже приехали во второй раз, с бабушкой и дедушкой. У дедушки был дозиметр, он тщательно им мерял участок и дом, проверяя радиактивное загрязнение, потом брал пробы воздуха, воды и почвы, чтобы отослать их в лабораторию. Бабушка тем временем интересовалась возрастом соседей по улице. Американская коллега подумала, и сказала: "Вот бы все так делали. Это правильный способ покупки дома."

И напоследок: здесь то, что я писала, когда лет десять назад ездила в чернобыльскую зону и Припять, с фотографиями.
____________________
*Почему рупор и площадь? Потому что по официальным каналам передавать это было не велено.